КАЛЕНДАРЬ СОБЫТИЙ

Aquatherm Moscow

Aquatherm Moscow

21-я Международная выставка бытового и промышленного оборудования для отопления, водоснабжения, инженерно-сантехнических систем, кондиционирования, вентиляции, бассейнов, саун и спа
06.02 - 09.02.2018
Москва, МВЦ «Крокус Экспо»
http://aquatherm-moscow.ru/ru/
Cabex 2018

Cabex 2018

17-я Международная выставка кабельно-проводниковой продукции
20.03-22.03.2018
Москва, КВЦ «Сокольники», Павильон 4
http://www.cabex.ru

АРХИВ

Декабрь 2017 (1)
Ноябрь 2017 (10)
Октябрь 2017 (48)
Сентябрь 2017 (36)
Август 2017 (27)
Июль 2017 (14)
9may, CIGRE, mosenergo, Ледяной дождь, прочее, Путин

МАЛАЯ ЭНЕРГЕТИКА ВНЕ ПОЛИТИКИ. Актуальный разговор о распределенной энергетике

Опубликовано: 12-08-2014, 17:11 Раздел: ЭНЕРГОблок, 2014, Август : МАЛАЯ ЭНЕРГЕТИКА ВНЕ ПОЛИТИКИ. Актуальный разговор о распределенной энергетике

МАЛАЯ ЭНЕРГЕТИКА ВНЕ ПОЛИТИКИ. Актуальный разговор о распределенной энергетикеНа мировой политической арене бушуют страсти, а закаленный различными катаклизмами российский бизнес вынужден развиваться, подстраиваясь под реалии. Это касается и малой энергетики, которая в последние годы окрепла как вполне самостоятельная отрасль и, несмотря ни на что, демонстрирует неизменный рост. За счет чего происходит развитие этого сегмента рынка и каковы его перспективы, что такое энергетика для регионов и каково последнее слово в инновационных решениях для распределенной генерации? Об этом мы решили поговорить с Александром Скороходовым – генеральным директором компании «БПЦ Инжиниринг», сыгравшей одну из ведущих ролей в становлении отрасли и входящей в число ее лидеров вот уже 12 лет.

Энергополис: Александр Анатольевич, расскажите, что побудило вас 12 лет назад практически бросить вызов централизованной энергетике и заняться энергетикой малой?


Александр Скороходов: «Бросить вызов централизованной энергетике» – это, конечно, громко сказано. Все было с точностью до наоборот. Мы никому вызов не бросали, хотя на заре развития распределенной энергетики в России такую формулировку частенько можно было услышать из разных источников. Просто сначала это было чем-то непонятным и воспринималось как угроза сложившемуся традиционному укладу нашей энергетической отрасли. Особенно если дело касалось новых технологий. Несмотря на общую пропаганду инноваций, здесь они воспринимались с недоверием, как что-то ругательное. Тем не менее, изучая спрос потребителей и развитие данного направления энергетики в мире, мы смогли разглядеть перспективу распределенной энергетики и в нашей стране, доказывая своими проектами, что это далеко не альтернатива, а, наоборот, поддержка энергетики централизованной. Да и как могло быть по-другому? С начала бума строительства нулевых, когда разворачивались масштабные стройки торговых комплексов или производств, у потребителей стали появляться проблемы с подключением. Его либо не давали совсем, либо приходилось платить огромные деньги. Это и становится основным мотивом заняться вопросом собственной генерации. И, конечно, дополнительным стимулом или мотивом для заказчика является энергоэффективность как механизм или инструмент снижения собственных постоянных расходов при эксплуатации.

ЭП: Сетевые компании значительно упростили процедуру технологического присоединения.

АС: Согласен. Упростили, да, но это произошло совсем недавно. При этом у потребителя нет гарантий, что не возникнет каких-то новых сложностей. Потому что смысл подключиться к сети не только в том, чтобы не ставить избыточную резервную мощность, а еще и в том, чтобы обеспечить надежность. А потребитель у нас, к сожалению, не уверен, что сети эту надежность обеспечат в силу различных причин: это и географические, и климатические условия, и износ сетевых хозяйств.

ЭП: Не подумайте, что в нашем разговоре я защищаю сетевые компании, но вопросы надежности, бесперебойной работы и сокращения времени аварийных ремонтов или отключений – один из их приоритетов, начиная с «Россетей», ФСК и заканчивая МРСК. Другими словами, сложно поверить, что эти вопросы – основной мотив для потребителя. Если, грубо говоря, собственные источники питания оказываются дешевле для ваших клиентов, тогда это понятный мотив. Это понятно потребителю и мне.

АС: В любом проекте есть две составляющие: капзатраты на строительство нового объекта и эксплуатация, операционные затраты. И в основном выбор в пользу нашего предложения заказчик делает по-прежнему из-за высоких капзатрат присоединения к сетям.

Все сначала смотрят на капзатраты. А если объект уже имеет энергоснабжение, убедить потребителя, что нужно потратить сейчас две тысячи долларов на киловатт электроэнергии в качестве капзатрат, которые вернутся ему когда-то в будущем, очень сложно. Тем более что горизонт планирования, на который все ориентируются, это максимум пять лет. На сегодняшний день практически нет доступных длинных денег, чтобы купить оборудование. К примеру, один наш заказчик, с которым мы уже общаемся более трех лет, всячески пытался обойтись местными сетями, но сейчас опять вернулся к теме собственной генерации. Причиной послужило активное развитие предприятия. Они выбрали всю доступную трансформаторную мощность, а в планах запуск дополнительных линий производства. МРСК попросили с них больше, чем будет стоить строительство собственной генерации. Поэтому что остается делать потребителю?

ЭП: Вашей компании 12 лет. Какие задачи локальная энергетика решает сегодня и насколько это выгодно? Как изменилась отрасль за эти годы?

АС: За этот период рынок от первых попыток реализации отдельных проектов трансформировался в целую отрасль, ориентированную на массовое применение. Изменение отрасли можно проследить по истории нашей компании. Двенадцать лет назад мы стояли у истоков развития малой распределенной энергетики в России. Компания «БПЦ Инжиниринг» пришла тогда на формирующийся, или, правильнее сказать, только зарождающийся, рынок не со стандартными решениями, которые в тот период применяли все, а с передовыми, новыми решениями в генерации, которых ни у кого не было. Микротурбины были чем-то из области фантастики. Они как компьютер: привез, подключил, и работает. Их главная особенность в том, что в двигателе отсутствуют трущиеся детали за счет использования воздушного подшипника, что позволяет микротурбине работать без применения смазочных материалов и жидкостного охлаждения. Оборудование имеет более сотни патентов, и все его преимущества вытекают именно из его технологических инноваций, которые позволяют микротурбинам работать надежно, экономично, без постоянного контроля со стороны персонала и частого обслуживания и, что немаловажно, не загрязняя окружающую среду. Через некоторое время многие компании уже ориентировались на продвигаемые нами решения и вводимые нами стандарты. Что-то стали у нас перенимать, стали приходить к нам с предложениями: давайте мы будем продавать ваши решения, давайте мы будем вашими представителями. Нам приходилось формировать свой рынок сбыта полностью с нуля. Ни у кого в нашей стране не было опыта работы с данным оборудованием: ни у заказчиков, ни у технических специалистов. За каждого клиента приходилось бороться. Бороться приходилось и с самим клиентом, доказывать, почему лучше дорого и эффективно, а не дешево и уже вроде как традиционно. Поэтому изначально борьбы было довольно много, равно как и скепсиса в отрасли. Мы его преодолели. Накопленный опыт позволил стать не просто полноцикловой инжиниринговой компанией, но и начать собственное производство передового оборудования для распределенной энергетики. Сегодня на нашем заводе в Тутаеве (Ярославская область) мы выпускаем микротурбинные электростанции под собственной торговой маркой ENEX (Energy Expert) на основании OEM-соглашения с нашим многолетним партнером – компанией Capstone Turbine Corporation, эксклюзивным дистрибьютором оборудования которой в России и СНГ мы являемся с 2002 года.

Мы также разработали собственную линейку газовых дожимных компрессоров, которые уже несколько лет выпускаем под опять же нашей торговой маркой COMPEX (Compressor Expert), и начинаем выходить с ними на зарубежные рынки. Сейчас у нас есть конкурентные преимущества в этом сегменте в виде цены, хорошего качества продукции и использования надежных комплектующих мирового уровня.

ЭП: Значит, все-таки зарубежное оборудование?


АС: Мы стараемся использовать лучшие российские комплектующие. Доля российского контента достигает 40–60%, но основное оборудование пока зарубежное. В России просто пока нет достойных аналогов. Но адаптация зарубежных технологий к нашим условиям и создание на базе них собственного продукта позволяют ускорить развитие отечественной отрасли.

ЭП: Да, развитие идет. У этой отрасли даже есть законодательный орган – специальный комитет в Госдуме.

АС: Комитет есть, а понятных механизмов регулирования рынка до сих пор нет. Причем здесь не нужно ничего придумывать. Есть законодательные аналоги, даже у наших ближайших соседей – в Белоруссии. Там есть департамент энергоэффективности в ранге министерства, который согласует все проекты по малой генерации. Есть понятные критерии, связанные с эффективностью, по которым он принимает и отклоняет проекты.

Если потребитель показывает, что в рамках проекта он более эффективно использует топливо, пожалуйста, пусть ставит такую генерацию. Его подключат параллельно с сетью – работай, проблем нет. Если вспомнить, сколько у нас в России объектов распределенной генерации, сколько изолированных зон, то при таких масштабах, казалось бы, это самый прямой стимул. Нам просто нужно принять нормальный технический регламент и не препятствовать потребителю. А освобождающиеся мощности можно использовать на нужды страны и энергодефицитных регионов, направить в развитие ЖКХ. Так из малого и возникнет та самая энергоэффективность, о которой сейчас столько пекутся.

ЭП: Вы упомянули отсутствие на рынке длинных денег для покупки энергоэффективного оборудования. А малая, или распределенная, генерация разве не подпадает под действие 261-го ФЗ? Разве нет, например, банковских продуктов, кредитования под проекты, связанные с внедрением вами продвигаемых решений?

АС: Как вам сказать? На деле скорее нет, хоть это и неправильно, с моей точки зрения. Например, мы работаем с рядом объектов переработки сельскохозяйственной продукции. Ситуация складывается такая. Если предприятие хочет купить себе корову, ему дадут денег под 3,5% годовых на покупку коровы. Но если предприятие захочет построить себе новую котельную с применением передового энергоэффективного оборудования для коровника, где будет содержаться эта корова, то на это ему денег под 3,5% годовых не дадут, увы. Хотя это тот же самый коровник и тот же самый вопрос эффективности. Предприятие может рассчитывать только на стандартные банковские 15%, а то и выше и максимум на пять лет. Никто не думает о том, что той корове нужны условия содержания: тепло, свет…

ЭП: Еще недавно считалось, что аналога микротурбинам по эксплуатационным и экологическим характеристикам нет. Появились ли сегодня на российском рынке более конкурентоспособные технологии и как вы их оцениваете?

АС: Аналогов по совокупности эффективности, экологичности и, главное, простоте эксплуатации для потребителя действительно пока нет, и именно поэтому их популярность во многих отраслях растет. Но на этот вопрос можно смотреть под разным углом. Ключевым аспектом является наилучшая совместимость технологий с потребностями заказчика. Другими словами, есть объекты, где наша технология наилучшим образом отвечает решению поставленной задачи. Скажем, труднодоступные поселки Якутии, удаленные нефтяные месторождения, линейные объекты транспорта и связи. Там, где дорого держать персонал, куда дорого летать для регламентного обслуживания объекта и уж точно невыгодно тянуть сети. Соответственно, наше преимущество на таких объектах в возможности длительной работы, полгода-год, без обслуживания и присутствия персонала. Или, например, промышленная когенерация. Там, где нужно вырабатывать не только электроэнергию, но и тепло разных видов – пар, просто горячий воздух для использования в технологическом процессе. Здесь на первый план выходит экологичность выхлопа микротурбин и его насыщенность кислородом. Для жилищно-коммунального хозяйства преимуществом является возможность безотказной работы оборудования при неравномерном суточном потреблении и значительных едино­временных сбросах и набросах нагрузки, даже при ее экстремальном падении до одного или нескольких процентов ночью, к примеру. А есть зоны, где мы не имеем преимуществ. Какой-нибудь карьер, где проще поставить дизель-генератор. Им, кроме временной электроэнергии, ничего не нужно. Заказчик всегда принимает решение исходя из условий применимости и оптимальности конкретного оборудования для конкретного объекта. Если же одинаково возможно применение различных вариантов, то тут микротурбины, конечно же, выигрывают простотой эксплуатации и отсутствием головной боли по замене масла, утилизации отработки.

ЭП: Каковы, на ваш взгляд, перспективы развития распределенной энергетики в Крыму? Собираетесь ли вы участвовать в каких-то проектах на присоединенной территории?


АС: Мы далеки от политики.

ЭП: Это не политика, это бизнес.

АС: Я понимаю. Просто после присоединения, как обычно, сначала возникает политическая волна. Знаю, что пока в Крым перевезли мобильную генерацию, работающую на керосине, которая обеспечивала энергией Олимпиаду в Сочи. Это экстренная мера, и об эффективности тут говорить не приходится. Мы же в основном идем за газом. Поэтому, как только там появится инфраструктура газоснабжения, для нас возникнет возможность работать на полуострове и включаться в проекты. Строго говоря, у нас там есть один объект, который построил один из украинских заказчиков в свое время, – это большой парк-отель на побережье. Наше оборудование там работает на привозном топливе, если быть точным, на пропан-бутане.

В Крыму газоснабжение было плохо развито. Думаю, что тактически правильно было бы развивать «Черноморнефтегаз» и добывать свое топливо. Где-то звучал потенциал роста порядка 2 млрд кубов, если я ничего не путаю. Для этого региона газовая распределенная генерация была бы самым оптимальным вариантом. Она бы обеспечила и энергонезависимость, и надежность, и эффективность, и низкую себестоимость энергии, тепла, и, главное, экологичность. Так как это курортная зона, то данный критерий должен быть на первом плане.

ЭП: В каких отраслях сегодня вы могли бы отметить наибольший рост спроса на микротурбинные решения и почему?

АС: Что касается роста спроса, то его формирует рынок. Потому что все-таки проекты должны рождаться снизу, от потребителей, инициатива которых должна быть поддержана и простимулирована на уровне региональных программ. Но здесь, конечно, есть проблемы. Помимо того, что со стороны регионов идет очень слабый поток инициатив, региональные программы зачастую не работают или в длительном процессе разработки и согласований теряют свою актуальность к моменту утверждения и вступления в силу из-за изменившихся реалий. А еще нужно время на реализацию пилотного проекта, его оценку, последующее тиражирование успешных проектов. Это не один год комплексной работы. В этом разрезе у нас никто не смотрит, поэтому так много нереализованных программ, заброшенных инициатив и недостроенных объектов.

Одним из ключевых наших потребителей является нефтегазовый сектор. Благодаря способности микротурбин работать на неподготовленном попутном газе – сернистом, жирном газе низкого качества и переменного компонентного состава – наши электростанции помогают нефтяникам утилизировать ПНГ до целевого показателя – 95%. Кстати, это как раз один из положительных примеров реализации законодательных инициатив, обеспечивших понятный механизм достижения результата.

ЭП: Расскажите о новых разработках вашей компании.

АС: Мы довольно много работаем в этом направлении как в части разработки собственного компрессорного оборудования, ориентированного на нефтегазовый сектор и способного работать с агрессивным газом, так и в части разработки нестандартных решений энергоснабжения. Недавно мы представили гибридную электростанцию ENEX с использованием возобновляемых источников энергии. Базовая версия включает солнечные батареи, но станция может использовать ветер, биогаз для выработки электричества. Такое решение актуально для удаленных объектов и объектов, требующих высокой степени надежности энергоснабжения. Наша станция может накапливать и распределять энергию одновременно от нескольких источников, обеспечивая наибольшую эффективность и экономичность для потребителя. В составе электростанции используется передовое оборудование – сетевые накопители энергии, которые, в отличие от аккумуляторных батарей, не разряжаются со временем и имеют значительно более долгий срок службы. У нас довольно много уникальных решений, которых нет у других.

ЭП: Как вы оцениваете перспективы рынка распределенной генерации, за счет чего и в каком периоде можно ждать роста? Назовите основные риски.

АС: Я думаю, что распределенная генерация и сам факт наличия этого рынка тесно связаны с политикой государства и с развитием сетевых энергетических ресурсов. Например, если в Европе, где газ дорогой, газовая генерация как таковая возможна только на возобновляемых ресурсах в виде биогаза, то в России газовая генерация, наоборот, развивается за счет нефтегазовой отрасли. Второе перспективное направление – это промышленная когенерация, потому что тарифы будут расти в любом случае, и предприятия сейчас все больше сталкиваются с высокой стоимостью энергоресурсов. Помимо тарифов потребителя стимулирует низкое качество поставляемой электроэнергии в централизованных сетях. Мы видим это на объектах, где подключаем наше оборудование параллельно с сетью, так как у нас там стоят релейные защиты. Поэтому перспективы роста я связываю с этими отраслями. В каком периоде ждать роста? Он происходит уже сейчас, собственно говоря, и в нашем сегменте, и в сегменте большей мощности. Все потихонечку растет. А основные риски – это опять же риски, связанные с государственным регулированием. Но я не думаю, что нужно ждать ухудшения условий для развития относительно тех, что мы видим сейчас.

Александр Скороходов с 1995 года является соучредителем Группы компаний «БПЦ», в рамках которой в настоящее время возглавляет компанию «БПЦ Инжиниринг» – одного из самых заметных игроков на рынке распределенной энергетики в России и СНГ.

В качестве EPC-компании «БПЦ Инжиниринг» осуществляет проектирование, строительство «под ключ» и сервисное обслуживание автономных электростанций в диапазоне мощностей от 10 кВт до 20 МВт. В качестве OEM-производителя на собственном заводе в г. Тутаеве Ярославской области компания изготавливает комплектные электростанции ENEX на базе микротурбин Capstone и газовых турбин Dresser-Rand, дожимные компрессоры COMPEX и комплектующие.

Компания реализовала более 250 проектов, и сегодня каждые восемь из десяти микротурбин в России и странах СНГ установлены компанией «БПЦ Инжиниринг». Среди клиентов «БПЦ Инжиниринг» крупнейшие российские корпорации, такие как «Газпром», «ЛУКОЙЛ», «ТНК-ВР», «Татнефть», «Башнефть», «Итера», «Сахаэнерго», «Ростелеком», и десятки средних и мелких потребителей различного профиля.

ПОХОЖИЕ МАТЕРИАЛЫ

Вода камень точит.

Вода камень точит.

Влияние на рынки потребителей энергии и распределенной
Автономный энергоцентр.

Автономный энергоцентр.

В мире уже 12,5% крупных производителей пользуются
Молода-зелена, но небезнадежна

Молода-зелена, но небезнадежна

Сторонники малой распределенной генерации уверены, что за
Структурный маневр

Структурный маневр

1 апреля 2011 года Правительственная комиссия по высоким
На холостом ходу

На холостом ходу

В соответствии с одобренной Правительством РФ Генеральной
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Контакты Правовая информация © ООО «ИД Медиацентр АРТ» 2014
Лучшая фантастика 2014 2015 2016, список лучших фильмов по рейтингу смотреть онлайн бесплатно в хорошем качестве HD Лучшая фантастика 2015 2016 cмотреть онлайн список фильмов по рейтингу